|
пауза
|
30 Июн, 2009 @ 19:18
|
|---|
|
9 мая
|
20 Май, 2009 @ 15:12
|
|---|
Женщины признаются в любви. Три вариации. Мужчины при этом, как правило, выглядят совершенно беспомощными.
|
Я все время в спешке: перебежки с Лубянки на Кузнецкий мост в часы пик не даются так просто, поэтому ты всегда выглядишь для меня привлекательно, на языке путается я хочу тебя c я люблю тебя, а в голове - работа в КЗЧ с работой в БЗК. Ну а вечером мы встречаемся, проводим вместе время, развлекаемся. В то время как наши чувства вздыхают по 26 морям, с улыбками на лицах мы отказываем в любви друг другу. «Что же дальше?» - спрашиваешь ты, ты спрашиваешь, но твой взгляд скользит по мне, и вопросительный знак отпечатывается уже где-то в области аппендицита. Долгота дня предсказуемо увеличится на пять минут, я вычитаю у Гр. Дж. Уэллса: «В недавней истории случались, и еще будут случаться впредь, значительные перепады температур. К примеру, две-три тысячи лет назад в Шотландии рос болотный дуб на тех широтах, на которых сейчас не растет даже низкорослый дуб. Нам неизвестно, будут ли подобные колебания в сторону более теплого климата продолжаться и в ближайшем будущем». Мы привычно вернемся к тому состоянию, словно на берегу моря в несезон или в комнате без мебели. Словно в черно-белый фильм про отчуждение, где интересны не столько сами герои, а то пространство, которое они не занимают в кадре.
|

Вся студенческая половина френд-ленты обсуждает вчерашний мастер-класс Дэвида Линча в университете. Не столько мастер-класс, сколько давку в дверях актового зала, чтоб посмотреть на великого и ужасного (хотя впервые на моей памяти, на режиссерский семинар впускали по предварительной записи, дабы сбить ажиотаж). Давка была дивная, красноречиво говорила о популярности заезжего гостя, профессионализме организаторов и нетерпеливости студентов. Сам великий и ужасный оказался скромным седовласым старичком на которого просто было приятно смотреть. Ну вы понимаете, о чем я: смотришь на Линча, который вот тут, совсем рядом, и понимаешь, что вот это он снял "Голову Ластик", "Кроликов" и "Синий бархат" и даже не важно, что он в это время говорит. Вопросы были всякие: от непонятно к чему "Вы смотрели фильмы Ларса фон Триера?" ("Нет, я вообще плохой знаток кинематографа") до забавных "Кто всё-таки убил Лору Палмер?" ("Вы знаете, кто убил Лору Палмер"). Из того, что ещё рассказал интересного: наркотиками никогда не баловался, их заменяла медитация, нового кино пока не ждите, никогда не подписывайтесь на съемки, если не уверены, что вам не доверят чистовой монтаж (вспоминая опыт неудавшейся "Дюны"). В остальном, как это часто бывает на подобных встречах с мастерами кино, общие ответы на общие вопросы, но приятный осадок от встречи с большим человеком от искусства остался.
|
Я свою холостую берлогу Украшаю с большой простотой На стене твою стройную ногу Обвожу карандашной чертой
картина: Jorge Castillo стихи: Сергей Чудаков
|
Сделал нарезку из фильмов "Люсия и секс", "Любовники полярного круга", "9 песен", "Чунгкингский экспресс" и "Капризное облако". Положил этот салат на музыку. Что-то как-то получилось - не пойму. Зато делать было интересно.
|
|
Эпизоды из трех фильмов: "Молчание" Ингмара Бергмана, "Любовь" Карой Макка и "Мужское, женское" Жан-Люка Годара. Квинтеэссенция всего, что я так люблю в кино, но не могу, ибо лень, описать словами.
|
Посмотрел фильм "Мольба" Тенгиза Абуладзе. На занятиях по экспонометрии его упомянули в связи с тем, что оператор проявлял пленку, добиваясь повышенного контраста, и действительно картинка приближается к графическому рисунку, без полутонов. Но насколько потрясающ сам фильм! Посмотрите эпизод казни, который напоминает картину "Триумф смерти" Питера Брейгеля ( посмотреть ) - как его решил режиссер и реализовал оператор, мне кажется, это высший пилотаж.
|
Буду краток: в Питер съездили замечательно. Я не знал, что выйдет из отдыха: планов не было. Вышел алко-трип с танцами, но сожалеть не о чем. Черт-побери, Temple pub, Тинькоф, Fidel, Белград, а в пять утра обратно в хостел. Очень много знакомств там тогда, очень мало денег здесь теперь. Но бодры-веселы, как будто с минеральных вод.
|
|